Цифровое пиратство как форма неправомерного использования объектов интеллектуальной собственности

Цифровизация общественных отношений и активное внедрение информационных технологий в различные сферы деятельности оказали заметное влияние на способы создания, использования и распространения результатов интеллектуальной деятельности. Объекты авторского права сегодня все чаще существуют и обращаются в цифровой форме, что расширяет возможности их использования и способствует развитию новых форм взаимодействия между правообладателями и пользователями1. Однако наряду с расширением возможностей и ускорением доступа к цифровым сервисам использование информационно-телекоммуникационной сети Интернет сопровождается возникновением ряда правовых и экономических проблем, имеющих трансграничный характер. Развитие цифровых технологий и расширение способов использования объектов интеллектуальной собственности привели к возникновению новых форм неправомерного поведения в сфере интеллектуальных прав, одной из которых является цифровое пиратство2.

В научной литературе под цифровым пиратством понимается совокупность неправомерных действий, выражающихся в незаконном воспроизведении, копировании и распространении объектов авторского права в цифровой форме без согласия правообладателей и без выплаты предусмотренного вознаграждения3.

На сегодняшний день цифровое пиратство выступает одним из наиболее распространенных способов неправомерного использования объектов авторского права. К числу основных форм его проявления относятся размещение произведений на специализированных интернет-ресурсах без согласия правообладателей, распространение файлов посредством пиринговых сетей, функционирование нелегальных платформ, обеспечивающих доступ к аудиовизуальному и музыкальному контенту в режиме онлайн, а также передача цифровых копий через файлообменные сервисы, облачные хранилища и иные сетевые платформы4. В отдельных случаях распространение пиратского контента осуществляется посредством интернет-сервисов, имитирующих деятельность легальных цифровых площадок, либо через программные приложения и технические средства, позволяющие обходить установленные правообладателями ограничения доступа к произведениям5. В последние годы в практике незаконного использования произведений получила распространение ещё одна форма цифрового пиратства, так называемый стрим-риппинг (англ. stream ripping). Данный способ связан с извлечением и сохранением на устройстве пользователя постоянной цифровой копии произведения, которое первоначально предоставляется правообладателем для доступа исключительно в режиме потокового воспроизведения6. Иными словами, речь идёт о преобразовании контента, размещённого на стриминговых сервисах, в отдельный файл, пригодный для последующего хранения и использования без получения согласия правообладателя.

Каждая из указанных форм характеризуется специфическими способами распространения информации, однако во всех случаях нарушение исключительного права выражается в воспроизведении произведения и его доведении до всеобщего сведения без согласия правообладателя.

Массовый характер цифрового пиратства и высокая скорость распространения информации влекут имущественные потери для правообладателей и участников легального рынка цифровой дистрибуции, однако точная оценка масштабов причиняемого ущерба затруднена в силу объективной невозможности учета каждого факта неправомерного использования контента7. Масштаб распространения цифрового пиратства был исследован в отчете, подготовленном компанией MUSO, согласно которому в 2024 г. по всему миру было зафиксировано 216,3 миллиарда посещений интернет-ресурсов, распространяющих пиратский контент8. Несмотря на то что статистические данные подобного рода носят оценочный характер и не позволяют с полной определенностью установить фактический объем причиняемых убытков, тем не менее они позволяют сделать вывод о масштабности распространения нелегального потребления цифрового контента.

Распространению цифрового пиратства способствует совокупность технологических, экономических и социально-правовых обстоятельств.

Технологический аспект во многом обусловлен открытым характером сети Интернет, обеспечивающим техническую возможность свободного копирования, передачи и повторного размещения цифровых файлов без временных и финансовых затрат со стороны пользователей. Развитие сетевых платформ, файлообменных сервисов и иных интернет-ресурсов создаёт условия для хранения, копирования и многократного распространения произведений среди неограниченного круга пользователей.

Экономические причины распространения пиратского контента связаны прежде всего со стоимостью доступа к произведениям и особенностями организации легального рынка цифровой дистрибуции. Для части пользователей получение произведений из несанкционированных источников представляет собой более доступный способ их использования по сравнению с обращением к официальным цифровым сервисам, которые предполагают оплату отдельных произведений либо оформление платных подписок9. Дополнительным обстоятельством выступает фрагментация рынка цифрового контента, при которой различные произведения размещаются на разных независимых стриминговых платформах и доступны только в рамках отдельных сервисов, что фактически требует от пользователя оформления нескольких параллельных платных подписок10.

Наряду с этим распространению пиратского контента способствует практика территориального ограничения доступа к произведениям, обусловленная особенностями лицензирования в различных государствах (геоблокировка)11, вследствие чего часть произведений оказывается недоступной для пользователей отдельных стран либо появляется на национальных цифровых платформах значительно позже их международного релиза. В подобных ситуациях несанкционированные интернет-ресурсы становятся альтернативным способом получения произведений, позволяя обходить территориальные ограничения доступа. Исследования, посвящённые доступности аудиовизуального контента на цифровых платформах, показывают, что территориальные ограничения напрямую влияют на форму потребления медиаконтента. Практика геоблокирования приводит к тому, что фильмы и телевизионные сериалы, пользующиеся высоким спросом, становятся недоступными для легального получения пользователями отдельных стран, что приводит к росту привлекательности цифрового пиратства12. В частности, анализ функционирования видеосервисов по запросу в государствах Европейского союза свидетельствует о том, что снятие ограничений, связанных с геоблокированием, расширяет доступность фильмов и сериалов для пользователей небольших государств и стран с относительно низким уровнем доходов населения и тем самым влияет на выбор пользователями способов получения медиаконтента13.

Наряду с этим распространению цифрового пиратства способствуют и социально-правовые обстоятельства, связанные с особенностями восприятия пользователями неправомерного использования произведений в цифровой среде. Подобные действия зачастую не воспринимаются как нарушение прав автора или иного правообладателя, поскольку не сопровождаются изъятием материального объекта у владельца и осуществляются без непосредственного взаимодействия с ним. В отличие от традиционных форм посягательства на чужое имущество, неправомерное копирование и распространение произведений в сети Интернет не ассоциируется с актом присвоения чужой собственности14. Так, у части пользователей формируется представление о допустимости свободного обмена произведениями в цифровой форме, что способствует распространению практик неправомерного использования объектов авторских прав.

Подобное восприятие во многом обусловлено нематериальным характером результатов интеллектуальной деятельности, воспроизведение которых не приводит к утрате оригинала у правообладателя. Данные социологических исследований подтверждают неоднозначность общественного отношения к проблеме незаконного распространения результатов интеллектуальной деятельности. Согласно результатам опроса, проведенного Всероссийским центром изучения общественного мнения, 41% респондентов полагает, что авторы произведений должны быть защищены от нелегального распространения их результатов творческой деятельности, тогда как 39% считают допустимым свободный обмен произведениями после их опубликования15.

В научной литературе и правоприменительной практике термин «пиратство» используется преимущественно в описательном значении и не обладает самостоятельным нормативным содержанием. В действующем российском законодательстве данное понятие закреплено лишь в ином, традиционном для уголовного права значении. В соответствии со ст. 227 Уголовного кодекса Российской Федерации пиратством признаётся нападение на морское или речное судно в целях завладения чужим имуществом, совершённое с применением насилия либо угрозой его применения. В отличие от категории нарушения исключительного права, закрепленной в гражданском законодательстве и используемой для квалификации конкретных противоправных действий, понятие «пиратство» носит более общий характер и применяется для обозначения совокупности форм незаконного использования объектов интеллектуальной собственности16. При этом использование термина «пиратство» без должного понятийного уточнения может приводить к смешению различных по своей правовой природе явлений, включая контрафакт, незаконное воспроизведение, незаконное распространение и иные способы неправомерного использования охраняемых результатов интеллектуальной деятельности.

Само пиратство как явление возникло задолго до формирования цифровой среды и первоначально осуществлялось преимущественно в рамках оборота материальных носителей. Присвоение авторства, изготовление и распространение нелегальных копий произведений, а также иные формы нарушения исключительных прав были связаны с воспроизведением охраняемых объектов на физических носителях и их последующим введением в гражданский оборот. В Российской Федерации формирование массового рынка пиратской продукции относится к началу 1990-х гг., когда широкое распространение получили торговые точки, осуществлявшие продажу аудиовизуальных произведений, музыкальной продукции, компьютерных игр и программного обеспечения на физических носителях. Для значительной части потребителей характерным являлось отсутствие четкого понимания правового статуса приобретаемой продукции, в связи с чем пиратские экземпляры нередко воспринимались как легальные17. Уже в начале 2000-х гг. масштабы распространения пиратской продукции в Российской Федерации достигли значительных показателей. Согласно данным Международного союза интеллектуальной собственности (International Intellectual Property Alliance), к 2002 г. Россия входила в число государств с наиболее высоким уровнем пиратства18, что свидетельствовало о недостаточной эффективности существующих механизмов защиты авторских прав.

В последующий период пиратская деятельность постепенно сместилась из сферы розничной торговли на материальных носителях в цифровую среду. Размещение охраняемых авторским правом произведений в открытом доступе, включая фильмы, музыкальные произведения, компьютерные игры и программное обеспечение, стало основным способом их неправомерного распространения, что предопределило переход от традиционных форм пиратства к цифровым и расширило масштабы незаконного использования объектов авторского права.

Сопоставление цифрового пиратства с его традиционными формами позволяет выявить принципиальные различия, имеющие значение для правовой квалификации неправомерного использования объектов интеллектуальной собственности.

Традиционное пиратство, как правило, связано с изготовлением и распространением контрафактных экземпляров произведений на материальных носителях, что предполагает наличие овеществленного результата незаконного воспроизведения и возможность его индивидуализации в гражданском обороте. В подобных случаях нарушение исключительного права выражается в создании и введении в оборот конкретных материальных объектов, которые рассматриваются как контрафактная продукция19. Цифровое пиратство, напротив, характеризуется иным механизмом незаконного использования объектов интеллектуальной собственности, при котором воспроизведение и распространение произведений происходит посредством создания нематериальных цифровых копий. Такие копии не обладают признаками индивидуально-определённых вещей, их существование носит воспроизводимый и неограниченный характер, а процесс незаконного использования представляет собой совокупность технических действий, осуществляемых в цифровой среде.

Указанные различия свидетельствуют о том, что цифровое пиратство не может рассматриваться исключительно как современная разновидность традиционного пиратства, поскольку его правовая природа обусловлена иными способами использования объектов интеллектуальной собственности. В частности, это исключает возможность прямого перенесения на цифровую среду классических представлений о контрафактной продукции, сформировавшихся в условиях преобладания материальных форм оборота20. Цифровой файл, воспроизводящий объект авторского права или смежных прав, не может рассматриваться как контрафактный экземпляр, поскольку его существование не связано с материальным носителем, а процесс его создания и распространения представляет собой непрерывную цепь технических действий, зачастую не поддающихся однозначному разграничению. В условиях цифровизации неправомерное использование объектов интеллектуальной собственности приобретает форму, при которой нарушение исключительного права выражается не столько в создании и введении в оборот контрафактной продукции, сколько в самом факте воспроизведения и доведения произведения до всеобщего сведения без согласия правообладателя. Это позволяет рассматривать цифровое пиратство как особую форму незаконного использования исключительного права, а не как разновидность контрафакта в его классическом понимании21.

При рассмотрении цифрового пиратства представляется необходимым определить круг объектов авторского права, которые в наибольшей степени подвержены риску неправомерного использования в сети Интернет, прежде всего в силу технической возможности их свободного копирования и распространения.

В целях выявления таких объектов следует обратиться к положениям ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации, в которой закреплён перечень охраняемых законом произведений. Исходя из содержания указанной нормы, к числу объектов авторского права, наиболее часто вовлекаемых в цифровой оборот, относятся литературные произведения, выраженные в электронно-текстовой форме, музыкальные произведения, аудиовизуальные произведения, программы для электронных вычислительных машин, а также отдельные виды произведений изобразительного искусства и фотографические произведения, допускающие воспроизведение и распространение в цифровом формате. Независимо от назначения и формы выражения, включая цифровую, все перечисленные результаты интеллектуальной деятельности пользуются правовой охраной в силу прямого указания закона22. Вместе с тем данный перечень носит открытый характер, что позволяет относить к охраняемым произведениям и иные результаты творческой деятельности, прямо не названные в законе, но соответствующие его критериям. К таким объектам, в частности, могут быть отнесены мультимедийные произведения, компьютерные игры, веб-сайты, текстовые посты в социальных сетях, интерактивный цифровой контент, сложные интернет-проекты, объединяющие текстовые, графические и аудиовизуальные элементы, а также иные формы цифрового творчества, получающие распространение в сети Интернет и становящиеся объектами неправомерного использования23.

Действующее гражданское законодательство предусматривает возможность применения различных способов защиты исключительных прав, включая предъявление требований о прекращении нарушения, удалении незаконно размещённых материалов, а также взыскании компенсации за неправомерное использование произведения. Однако развитие цифровых технологий и активное распространение цифрового пиратства обусловили необходимость создания специальных механизмов защиты исключительных прав. Так, наряду с традиционными способами защиты, в российском праве получили развитие меры, направленные прежде всего на пресечение незаконного распространения произведений и ограничение доступа к ресурсам, распространяющим произведения с нарушением авторских прав. В этой связи в российское законодательство в 2013-2017 гг. был внесён ряд изменений, направленных на совершенствование правового регулирования защиты интеллектуальных прав в сети Интернет.

Первым этапом стало принятие, так называемого «антипиратского», Федерального закона от 2 июля 2013 г. № 187-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационных сетях», который ввёл специальный порядок защиты прав правообладателей в сети Интернет, в том числе процедуру применения предварительных обеспечительных мер в виде ограничения доступа к информационным ресурсам, на которых размещается контент с нарушением авторских и смежных прав. Рассмотрение соответствующих заявлений было отнесено к исключительной компетенции Московского городского суда, что позволило обеспечить оперативность принятия мер по пресечению распространения пиратского контента независимо от места нахождения предполагаемого нарушителя.

Дальнейшее развитие данных механизмов было связано с принятием Федерального закона от 24 ноября 2014 г. № 364-ФЗ, расширившего сферу применения мер по защите интеллектуальных прав в сети Интернет и закрепившего возможность бессрочного ограничения доступа к информационным ресурсам, неоднократно распространявшим материалы с нарушением авторских и смежных прав. Данная мера, получившая в правоприменительной практике наименование «постоянной блокировки», направлена на пресечение систематического размещения пиратского контента и предотвращение повторных нарушений24. Впоследствии законодательство было дополнено положениями, направленными на противодействие обходу ограничительных мер. Федеральный закон от 1 июля 2017 г. № 156-ФЗ установил обязанность операторов поисковых систем прекращать выдачу ссылок на интернет-ресурсы, доступ к которым ограничен в установленном порядке, а также на ресурсы, воспроизводящие их содержание. Были предусмотрены механизмы выявления и ограничения доступа к интернет-ресурсам, сходным до степени смешения с ранее заблокированными сайтами, что позволило противодействовать созданию так называемых «зеркал» пиратских платформ и их функционированию по альтернативным адресам25.

В совокупности указанные изменения законодательства направлены на создание правовых и организационных условий, затрудняющих распространение пиратского контента в сети Интернет и способствующих пресечению нарушений исключительных прав, а также стимулирующих обращение пользователей к легальным источникам получения цифрового контента. При разработке подобных механизмов законодатель учитывает особенности поведения пользователей цифровой среды, в том числе соотношение затрат и выгод, связанных с поиском и использованием нелегального контента26. Увеличение временных, технических и правовых издержек, необходимых для получения доступа к пиратским материалам, как правило, снижает привлекательность их использования и способствует обращению пользователей к легальным способам получения произведений.

Наряду с судебными и административными механизмами защиты в практике получили развитие и иные формы противодействия распространению пиратского контента. В частности, между правообладателями и операторами крупнейших поисковых систем был заключён специальный Меморандум о сотрудничестве в сфере охраны исключительных прав в эпоху развития цифровых технологий, предусматривающий возможность внесудебного удаления из поисковой выдачи ссылок на интернет-ресурсы, распространяющие аудиовизуальные произведения с нарушением авторских и смежных прав27. Дополнительным инструментом выступают процедуры модерации цифрового контента, применяемые операторами интернет-платформ, в рамках которых правообладатели получают возможность направлять уведомления о нарушении исключительных прав с требованием удаления соответствующих материалов28. Использование подобных механизмов позволяет оперативно реагировать на случаи незаконного размещения произведений в сети Интернет и способствует снижению масштабов распространения пиратского контента.

Таким образом, представляется необходимым подчеркнуть, что пиратство не тождественно любому нарушению исключительного права и не может рассматриваться в качестве универсальной правовой квалификации противоправного поведения в сфере интеллектуальной собственности. Цифровое пиратство характеризуется рядом специфических признаков, среди которых - нематериальный характер создаваемых копий, массовость и потенциальная неограниченность распространения, а также размытость границ между отдельными способами использования объекта интеллектуальной собственности. Пиратство в цифровой среде осуществляется посредством несанкционированного доступа к охраняемым результатам интеллектуальной деятельности, их последующего тиражирования и доведения до неопределенного круга лиц, что отличает данное явление от традиционных форм незаконного использования объектов авторского права и исключает возможность применения к нему классических конструкций, связанных с оборотом контрафактной продукции.

Указанные особенности свидетельствуют о том, что цифровое пиратство представляет собой самостоятельную форму неправомерного использования результатов интеллектуальной деятельности. Это, в свою очередь, предопределяет необходимость развития специальных правовых механизмов противодействия незаконному распространению произведений в сети Интернет, сочетающих как традиционные способы защиты исключительных прав, так и специальные меры, направленные на ограничение доступа к пиратскому контенту и предотвращение его дальнейшего распространения.